Поданные заявки

Поиск по заявкам
Фамилия:

Для того, чтобы увидеть все заявки, установите курсор в форму поиска,
нажмите клавишу «пробел» и кликните на кнопку «поиск»

ШАСТИНА Татьяна Владимировна

Страна:  Россия
Город:  Санкт-Петербург
Место работы: Санкт-Петербургский государственный университет культуры и искусств. Кафедра русского народного песенного искусства
Должность:  Доцент
 Ученая степень:  кандидат педагогических наук

Тема доклада:

Соотношение традиционного и инновационного в этнопевческом образовании современной России

Тезисы:

Традиция и инновация — категории, взаимоотношение которых отражает состояние социокультурной ситуации, уровень сохранения культуры, ее национальной самобытности. Известно, что общество, утратившее традиции, свою историческую память перестает развиваться, поскольку прерывается связь между поколениями. Однако, общество не может существовать, не изменяясь. Единство инновативности и традиционности, которое закрепляется в общекультурном принципе преемственности, является важнейшей предпосылкой развития народных традиций, в том числе и певческих. Связующим звеном в таком динамически изменяющемся единстве является этнопевческое образование. Сегодня остро стоит проблема его научного осмысления, поисков путей повышения эффективности. Этнопевческое образование в России — явление сложное. Образовательное пространство связано с созданием этнопевческой педагогической среды. Вместе с тем, еще недостаточно изучены вопросы методологии и технологии, не решены вопросы широкого внедрения образовательных программ, разработанных на основе народных традиций, в систему непрерывного образования — от детского сада до вуза. Образованию принадлежит роль важнейшего фактора формирования нового качества экономики и общества. Эти процессы зависят от человеческого капитала, требуется подготовка специалистов — педагогов, способных эффективно и продуктивно работать в современных, постоянно изменяющихся условиях, обладающих высоким уровнем знаний, умений и навыков, инновационными методами обучения, нетрадиционно и творчески подходящих к решению разных психолого-педагогических задач.

Как известно, народные традиции предыдущих поколений — важная часть культуры общества, а песенное наследие и певческий опыт народа, как часть традиционной культуры, имеют большое значение в этнопевческом воспитании. Сегодня это бесспорно. Вместе с тем, остается много вопросов, связанных с этнопевческим образованием. Можно ли научить фольклорному пению? Как сохранить певческие традиции в современном обществе, на эстраде? И возможно ли? Как сохранить самобытность, колорит народной песни в современной электронной аранжировке? Ответы на эти вопросы не имеют однозначного ответа и требуют научного исследования. Необходимо повысить значимость этнокультуры в профессиональном музыкально-педагогическом образовании. Важна культурологическая направленность современного музыкального образования на основе народных традиций.


ЯКУШЕВА Людмила Алентиновна

Страна:  Россия
Город:  Вологда
Место работы: Вологодский государственный педагогический университет
Должность:  Доцент
 Ученая степень:  кандидат культурологии

Тема доклада:

«Штирлиц, а вас я попрошу остаться!»: актуализация, мифологизация и трансформация героя во времени (На секцию «Творческая личность — субъект и объект культуросообразной деятельности»)

Тезисы:

Осмысление художественных акций ставшего уже прошлым ХХ века  — процесс естественный и закономерный. В русле традиционного подведения итогов и обсуждения перспектив (маркирования и позиционирования фактов) наблюдается устойчивый интерес к проблеме образования из явленных творческих актов семантического ряда, определяющего и определяемого через культурный контекст эпохи. Таким каноническим знаком 70-х годов (времени, идеологической системы, ментальности) стал Максим Исаев-Штирлиц. С одной стороны, это образ, художественная ценность которого не высока, вследствие чего, у творческой элиты при появлении этого персонажа возникла остро негативная реакция — пренебрежение, недоуменное «пожимание плечами» [Марк Захаров]. С другой стороны, массовая популярность превратила Штирлица в прецедентный феномен, рассмотрение условий канонизации которого стали поводом данного изыскания. К ним мы относим: узнаваемость,воспроизводимость и своего рода многослойность и/или симулякротивность персонажа. В Штирлице нашли преломление черты супергероя, в котором заложены архетипические черты Дон Жуана, Дон Кихота, Икара и едва ли не былинного богатыря; интеллигента и «человека просто» с его обыденными заботами и явленной повседневностью. Кроме того, линия его жизни совпала с мироощущением поколения ровесников века — старших шестидесятников — существующих, творящих вопреки, а не в рамках системы, и так убежденно не сомневающихся в реализации идеи гармонии человека и общества (примером тому судьбы Л. Термена, Д. Сахарова, Д. Шостаковича, А. Арбузова, В. Розова и других представителей данного культурного слоя).

В многочисленных анекдотах, которые фактом своего появления свидетельствовали о том, что Штирлиц — герой не только известный, но и любимый, обыгрывались его профессиональные качества: непогрешимость, феноменальные способности. В сравнении с другим народным любимцем, Чапаевым, Штирлиц — интеллектуал, эстет. Этим отчасти объяснятся появление элементов языковой игры в фольклорных текстах. Умение выйти из любой ситуации создали типологическую амплитуду восприятия персонажа от идиота, придурка до супермена. Гипотетически можно утверждать, что в этом проявилась одна из черт, свойственная русскому человеку вообще: под личиной смеха скрыть то, что является сокровенным, дабы не уличили в расхристанности. «Разрушение» первоначального облика персонажа, а так же схематизм и упрощенность образа способствовали воспроизводимости и смыслодополнительной коннотации Штирлица как знака. Персонаж интересен амплитудой ассоциативных сцеп и культуросообразных параллелей, отражением процессов самопознания и самореализации личности, явленных в художественном тексте романа и фильма.


ШИФРИН Борис Фридманович

Страна:  Россия
Город:  Санкт-Петербург
Место работы: Российский институт культурологии (Москва)
Должность:  Докторант
 Ученая степень:  кандидат физико-математических наук
Ученое звание: Доцент

Тема доклада:

От «судьбы субъективности» к инферингу как личностному испытанию (Круглый стол «Антропология творческой субъективности и креативности: их культурные метаморфозы и история философской тематизации»)

Тезисы:

Преамбула круглого стола («Антропология творческой субъективности и креативности: их культурные метаморфозы и история философской тематизации») исходит из дву-ипостасности Субъективности («субъектность мысли и субъектность иного») с тем, чтобы проследить, как эта дву-составность драматически развертывается в истории. При этом субъектность не только персонифицируется, но, уподобляясь человеческому существу, заимствует у человека нечто крайне существенное: Судьбу. В соответствии с этим, вопрос о творческом модусе субъективности видится в двух аспектах. Во-первых, для художника потребность в судьбе является и впрямь доминирующей (аутопоэзис требует смыслового масштаба). Во-вторых, Судьба человека не есть то, чем он распоряжается вполне и «преднамеренно». Возможно, ему чаще приходится быть не творцом, а исследователем своей судьбы, «читателем». Судьба предстает в образе загадочного, связанного с иносказанием. Это текст, который не обладает информационной полнотой и ясностью. Те подразумевания, которые он содержит, исходят не от субъекта, пытающегося истолковать этот текст.

Эта практика в корне отлична от практик производства себя: у-яснение, обращающее человека к себе самому (к вопросу об изъянах собственного зрения), должно, все-таки вернуться к тексту, — к подразумеваниям Другого. Что же касается специфики подобного толкования, то оно, вслушиваясь в многозначность текста, не завершается неким веером интерпретаций. Полнота комментария не является конечным ориентиром для данной герменевтической направленности.

Чтобы сделать осязаемым этот случай проблематичности истолкования, можно прибегнуть к помощи английского глагола to infere (прийти к заключению, уловить суть при недостатке прямых данных, косвенно, догадываясь, между строк). Речь идет об уяснении, истолковании «текстов» Иного, его стратегий подразумевания. Это он имеет в виду (to imply), а мое дело и мой риск — у-яснить (не об-яснить!), прийти к выводу (самому, на свой страх и риск), — to infere.

Пособия просят не смешивать to imply и to infere. В этом, возможно, самая суть инферинга. Когда собеседник употребил не совсем понятное выражение я призван восстановить смысл исходя из целого. Я вынужден считать, что имеется некое «на самом деле», поскольку должен прореагировать, ответить. Инферинг — прихождение к выводу. Тут нельзя оставить смысл в подвешенном состоянии, нужно еще что-то с ним проделать. Из всех возможных толкований я — не ожидая дальнейших подсказок– должен сделать выбор. Бывают разные требования к прочтению, одно дело роман, который я листаю в поезде, другое — статья в Интернете, зачастую не являющаяся простой дезинформацией, третье — судебные слушания, в которых я участвую в качестве члена суда присяжных. Подразумеваемое не должно повиснуть в воздухе: смысл преобразуется решимостью человека.

Возможно, это назовут: «момент истины», но ведь истина времени не имеет. Время — вменяется субъекту.


КОЙНОВА Надежда Викторовна

Страна:  Россия
Город:  Екатеринбург
Место работы: Уральская Государственная Архитектурная Художественная Академия
Должность:  Аспирантка

Тема доклада:

Роль методологии конструктивизма в становлении и развитии современного дизайна

Тезисы:

Среди художественных течений ХХ века, вышедших за пределы одной страны и оказавших влияние на развитие различных областей нового искусства, конструктивизм занимает почетное место. Это течение в 1920-е годы получило широкий резонанс во многих странах. До сих пор история возникновения и развития конструктивизма привлекает пристальное внимание исследователей, причем ни у кого не возникает сомнения тот факт, что родиной этого творческого течения была наша страна. В. В. Маяковский в очерке «Париж» писал: «Впервые не из Франции, а из России прилетело новое слово искусства — конструктивизм... Здесь художникам французам приходится учиться у нас». Популярность конструктивизма и его международный резонанс привели к спорам о «приоритетах», в пылу которых нередко, если не искажались, то, во всяком случае, затуманивались отдельные важные для истории конструктивизма факты. Поэтому в настоящее время, наряду с исследованием общих проблем конструктивизма, важно по мере возможности стремиться распутывать отдельные сложные клубки вокруг тех или иных явлений этого течения. Одним из таких явлений является роль конструктивизма в становлении и развитии современного дизайна.

Служившие советской идеологии, советские теоретики-конструктивисты не только создали новое художественное направление, но и открыли новые принципы формообразования. Особенный вклад в становление конструк-тивистских идей внес А. А. Веснин, который обратил внимание художника к проблемам формообразования. В дальнейшем его концепция определяла своеобразие нашего конструктивизма, по сравнению, с западноевропейским функционализмом.

Советскими авангардистами была создана одна из первых школ дизайна — ВХУТЕМАС, в которой с одной стороны, создавалась новая методика обучения студентов в вузе, с другой стороны, формировался новый профессиональный язык, ставший затем проектным методом дизайна. Идеи конструктивизма о единстве искусства и техники нашли воплощение в современном дизайне в поиске новых материалов, в ясном и выразительном их применении. Дизайнеры стали использовать в мебели полиэтилен, формованный стеклопластик, прессованный картон, открывая пути к массовому производству технологически однородных изделий.

Таким образом, идеи конструктивизма 20-х годов получили новое развитие.


ПОЕЛУЕВА Любовь Александровна

Страна:  Россия
Город:  Саранск
Место работы: ГОУВПО «МГУ им. Н. П. Огарева»
Должность:  Профессор
 Ученая степень:  доктор философских наук
Ученое звание: Доцент

Тема доклада:

Культура и СМИ: поиск парадигмы иследования взаимодействия

Тезисы:

Современное гуманитарное знание сосредоточено на поиске универсальной познавательной оптики, которая позволила бы объективировать и верифицировать традиционно не подлежащие внешнему формально-количественному определению феномены, такие, как, например, смысл, идея, ценность. Культурология осваивает функции метарефлексии по отношению к разнообразным гуманитарным дискурсам, интегрированным в культурологическую теорию. Понятное стремление к объективности научного знания требует дополнительной работы в области культурологической теории. В том числе это касается создания методологии верификации символических тождеств и ценностных оснований. Это важный вопрос, связанный с возможностью формирования единой культурной платформы в рамках сложных социальных систем, каковыми, например, являются Россия, Европа, мировое прстранство.

Ситуация в современной российской культуре выводит нас к формулированию принципиальных вопросов гуманитарной методологии. Способно ли и должно ли гуманитарное знание, и в частности, культурология, развиваться вне системы ценностей отечественной культуры? Кто и что формирует власть над гуманитарным дискурсом? Как соотносятся гуманитарное знание и идеология, политика? Сегодня нередко культурология впадает в зависимость от политического дискурса массовых западноориентированных СМИ, играющих против России на большом геополитическом поле. Именно здесь обнаруживает себя один из главных культурных вопросов современной России, а именно — вопрос о стратегической роли СМИ в сохранении российской уникальной духовной и исторической идентичности, ее ценностных оснований, смыслового содержания и идеалов. Одна из актуальных задач культурологии — осмыслить социокультурные трансформации в современной России, во многом проходящие под влиянием и контролем средств массовой информации. Процесс сближения культур выявляет «болезненные точки» пространства собственно русской культуры, находящейся в сложном и трудном поиске ценностных основ и методов самоидентификации, вырабатывающей адекватные формы самопрезентации в новейшей мировой истории.


ЛИДОВСКАЯ Светлана Викторовна

Страна:  Россия
Город:  Санкт-Петербург
Место работы: Санкт-Петербургский государственный университет
Должность:  Аспирант

Тема доклада:

Культура как форма человеческой памяти

Тезисы:

Культура слишком важна, разнообразна и обширна для того, чтобы определить ее как нечто, кем-то созданное. Так можно только указать на культуру и ее феномены, но этого не достаточно для того, чтобы понять ее.

Тезис, выдвигаемый мной, состоит в следующем: культура является специфически человеческой, особенной формой памяти, которая позволяет человечеству в целом и каждому отдельному человеку, а также все новым и новым поколениям людей на протяжении человеческой истории быть и оставаться и становиться людьми — особенными природными существами. Культура не только результат деятельности людей, но и инструмент их деятельности, направленный на сохранение человеческого в человеке и передачу человечности как свойства и особенности новому поколению людей. Живая природа воспроизводит саму себя с помощью механизма генетической памяти. Люди тоже существа природные и обладают генетической памятью. Но свойство человечности и наши отличительно человеческие черты с помощью генетической памяти передаваться не могут. Культура не просто действует на основе биологии, она изменяет биологию человеческого детеныша, делая его человеком. Можно сказать, хоть это и трудно себе представить, что человечество создало себя само, подобно тому, как Мюнхгаузен вытащил себя за косичку из болота. Культура и есть деятельность, постоянное усилие по «вытягиванию» себя из нечеловеческого состояния.

Между спонтанностью культуры и спонтанностью природы можно провести аналогию. Культура, также как и природа, опробует различные варианты человеческого поведения и использует все открывающиеся перед ней возможности. Можно сказать, что культура является перебором всех возможных вариантов. Она не подчинена никакой внешней цели, и если она «имеет успех» то только потому, что открывает перед биологическим видом «человек» новую возможность по самосохранению и само идентификации, новый способ помнить себя, новую, надеюсь, более совершенную форму памяти. Старый спор философов просветителей о том, каков «человек по природе» — добр или зол, волк ли человек человеку или друг — для меня решен. Человека по природе нет. Есть человек по культуре. И от природы культурная среда отличается тем, что в ней человек может, а с недавних пор должен, принимать осознанные решения и нести за них ответственность.


ПЛОХОТНЮК Владимир Сергеевич

Страна:  Россия
Город:  Ставрополь
Место работы: Ставропольский институт экономики и управления им. О. В. Казначеева
Должность:  Доцент
 Ученая степень:  кандидат философских наук

Тема доклада:

Семиотический метод изучения культуры и семиология как теоретический фундамент культурологии (На секцию «Семиотика культуры: антропологический поворот»)

Тезисы:

Тот факт, что семиотика не систематизирована как научная дисциплина, можно объяснить лишь утратой интереса к абстрактным наукам в современном обществе. В результате имеем массив текстов, чтение которых затрудняется различным толкованием и избытком терминов. Следует различать семиологический и семиотический анализ. Семиологический анализ заключается в выявлении максимального числа элементов семиозиса и всех возможных видов отношений между ними, в результате чего создаются различные семиотические модели, которые в свою очередь могут быть использованы в прикладном семиотическом анализе реальных коммуникативных действий подобно математическому анализу реальных процессов.

Опыт применения таких моделей достаточно велик, но чтобы он стал доступен для широкого, а важнее, эффективного использования, необходима его систематизация. Львиная доля семиотических терминов заимствуется из лингвистики, что не удивительно, поскольку язык относится к самой развитой знаковой системе. Не случайно одно из ведущих направлений семиотики — лингвистическое. Некоторые семиотические процессы, происходящие в языковой практике, могут осуществляться и в других знаковых действиях. Так, например, языковая метафора аналогична изобразительной аллегории.

В семиологию может войти значительная часть понятийного аппарата семантик — логической и лингвистической. Заимствованные термины, тем не менее, должны «очищаться» от смыслов, не относящихся к семиотическим процессам — такие, как «синтагма», «парадигма», «денотация», «коннотация».

Очевидно, что научный текст, чтобы быть семиотическим или семиологическим, должен содержать семиотический метод. Текстов о методах семиотического анализа на удивление мало. Несмотря на обилие методологических текстов, продолжают звучать вопросы о фундаментальных понятиях семиотики/семиологии, об общих критериях демаркации знакового/незнакового.

Достигнутые результаты, как видится, позволяют в настоящее время приступить к формированию унифицированной семиотической терминологии, выстраиванию некоего алгоритма семиотического анализа от простейших его форм до выработки сложных моделей, способных служить аналитическим инструментом изучения культурных феноменов. Есть статьи, которые позиционируются как семиотические только потому, что некоторое событие или явление называется «знаком» или «знаковым».

С применением понятий, выработанных в трудах не только Ч. Пирса и Ф. де Соссюра, но и Г. Фреге, Р. Карнапа, Н. Хомского и т. д., можно производить развёрнутые исследования с экспликацией максимального числа смысловых уровней и детальным описанием процессов смыслообразования в любой знаковой системе. Но для этого необходим семиологический «общий знаменатель», т. е. понятийный аппарат, предназначенный только для семиотического анализа.


ВАСИЛЬЧЕНКО Валерий Александрович

Страна:  Россия
Город:  Ставрополь
Место работы: Ставропольский государственный университет
Должность:  Докторант
 Ученая степень:  кандидат философских наук

Тема доклада:

Скептицизм и постмодернизм: семантические коды и интертекстуальные связи

Тезисы:

Одной из основных линий развития современной философии является продолжение того обобщения плюрализма идей, которое произошло в XIX веке. Классическая философия характеризуется направленностью на экспликацию специфических закономерностей бытия, целесообразности природы и общества с позиций панлогизма и культа разума.

В XIX веке философия переходит к гетерогенной картине мира на основе методологии критики предпосылок и процедур дискурсивной деятельности, протекающей в различных когнитивных и социокультурных условиях, к реализации, сначала стихийной, потом все более сознательной, проектов гносеологического феноменализма и моделей бытия, несводимых к количественным соотношениям механики. Тенденции девальвации классических идеалов систематичности и концептуальности дискурса находят свое воплощение на современном этапе в философии постмодернизма. Отличительной приметой постмодернистской ойкумены является стиль негативной диалектики &mdash ирония и скептицизм. Препарирование скептических стилей постмодерна позволяет дать явную прорисовку организующим осям современной культуры, поскольку исследователи, уделяющие внимание морфологическим особенностям феноменов культуры постмодерна, обращали уже внимание на определенное сходство ее автокомментаторских практик с закономерностями протекания интерпретационных стратегий в античном скептицизме, иногда вплоть до регистрации строгого параллелизма между ними.

Дело в том, что рассматриваемый в контексте иронического стилевого модуса, скептицизм (подобно постмодернизму) оказывается трудноуловимым феноменом, несводимым к набору философских тезисов. Любые теоретически плотные его положения выступают в качестве промежуточных гипотез косвенного вывода, который оканчивается элиминацией инородного дедуктивного продукта и ироничным снятием проблемы.

Скептическая ревизия метафизического дискурса непосредственно начинается с обнаружения «сборной» конструкции того, что принято называть «основой», «фундаментом» и «непосредственно данным». Перед нами экспликация факта, согласно которому за каждым основанием, за любым кажущимся незыблемым фундаментом рассуждения скрываются смыслы более глубоких горизонтов залегания. Взятое как основание, любое понятие смещается, переходит в свое иное и инициирует пролиферацию дедуктивных структур, которые под давлением собственных наползающих пластов становятся монолитной массой и «слеживаются» в спекуляцию. Скептический метод у пирронистов и постмодернистов — раскройка метафизических теорий с помощью их собственного понятийного инвентаря.

Этот прием объясняет наличие «островковых» очагов оснований в теле скептической критики. Постмодернизм и античный скептицизм оказываются частными случаями общей стилевой темы, характеризуемыми одинаковым рельефом «складок» и «заломов» дискурса.


ВАЩЕНКО Александр Владимирович

Страна:  Россия
Город:  Москва
Место работы: Московский государственный университет им. М. В. Ломоносова
Должность:  Заведующий отделением культурологии
 Ученая степень:  доктор филологических наук
Ученое звание: Профессор

Тема доклада:

Аксиология мифологической памяти (Секция «Память и забвение в культуре: потенциал креативности»)

Тезисы:

Для углубленного понимания того, что представляет собой память современного социума — от индивида к этносу и международному сообществу — целесообразно углубиться в мифологические основы памяти, присущие традиционным, а лучше — архаическим сообществам, с целью выявления их общих аксиологических основ, в надежде, что выявленные закономерности смогут способствовать пониманию культурной эволюции, проделанной человечеством от традиционной архаики к цивилизации.

Исходя из посылок о том, что:

  1. миф по определению морален;
  2. память по своей природе обладает нравственным измерением;
  3. миф как изначальная структура не утратил своих исконных функций до современности, — память в современном обществе может послужить категорией, способной помочь осмыслить то, что происходит с обществом в целом.

При этом необходимо уточнить соотношение личности и общества, существовавшее в традиционных культурах.

При условии выявления вех (констант) традиционной памяти, это поможет прояснить принципы действия национальной, индивидуальной и общечеловеческой памяти в современную эпоху манипуляции сознанием.

Эмпирика показывает, что в традиционных культурах память в плане функциональном

  1. способствовала решению проблем идентичности этноса и индивида во имя сохранения статуса кво в борьбе космоса с хаосом;
  2. способствовала ориентации во времени и пространстве (модулируя настоящее и будущее).

Обе эти функции, однако, одинаково служили целям выживания индивида и этноса, отчего память как феномен мистифицировалась и сакрализовалась. Аксиологически память была направлена ретроспективно («раньше все было лучше»).

Традиционному обществу уже присущи попытки объективации памяти и культурного опыта при помощи мнемонических средств. Так, «счетные палки» медвежьего игрища у хантов Приобья и мнемонические посохи советников Великой Лиги ирокезов, будучи помещены в контекст центральных для традиционного социума обрядов, ярко демонстрируют аксиологический спектр традиционных культур.


КОМИССАРОВА Елена Васильевна

Страна:  Россия
Город:  Волгоград
Место работы: Волгоградский государственный медицинский университет
Должность:  Старший преподаватель
 Ученая степень:  кандидат исторических наук

Тема доклада:

Креативность провинциальных учреждений культуры как фактор развития российских регионов

Тезисы:

Специфика функционирования муниципальных учреждений культуры обусловлена локальностью социокультурной среды, необходимостью быть актуальными для местного сообщества, удовлетворяя его культурные потребности, ориентироваться на постоянный контингент посетителей, что стимулирует постоянный новаторский поиск на основе профессионального творческого комплексного применения социально-культурных технологий и социальное партнерство институтов гражданского общества.

Рассмотрим вопросы о креативности провинциальных учреждений культуры и их роли в современном социокультурном пространстве России на примере Волгоградской области. Особенности регионального культурного наследия обусловлены его геополитическим положением, природно-ландшафтными условиями, историческими особенностями, многонациональным составом населения, что повышает значение применения в практической деятельности местных учреждений культуры культуроохранных технологий как методов и приемов сохранения и изучения культурного наследия, возрождения и развития традиционных форм народной художественной культуры, организации краеведческой и туристско-экскурсионной работы.

Организацию культурно-досуговой деятельности необходимо начать с краеведческих исследований, которые связаны с созданием муниципальных краеведческих музеев. Ресурсом развития территории — технологии развития туристско-экскурсионных маршрутов для различных видов туризма: культурного, делового, лечебно-оздоровительного, учебного. Традиционные занятия и промыслы при творческом их развитии и грамотном маркетинге становятся средством социально-экономического развития локальных территорий.

Культуроохранные технологии органично связаны с культуротворческими. В партнерстве с национально-культурными объединениями граждан учреждения культуры творчески используют этнонаправленные технологии как фактор укреп¬ления толерантности и взаимопонимания между народами. Большое внимание уделяется сохранению и популяризации национальных культур народов региона, возрождению и развитию традиционной празднично-обрядовой культуры. Организация досуга различных категорий граждан осуществляется на основе дифференцированного подхода. В сельской культуре наметились позитивные тенденции: создаются новые учреждения культуры интеграции — единые районные центры культуры и досуга, центры национальных культур.

В качестве субъекта формирования социокультурной среды региона выступает творческая личность новатора. Инновационные процессы связаны с освоением информационных технологий, новых форм, жанров искусства, молодежной субкультуры, наступлением шоу-бизнеса.

Позитивные тенденции творческого подхода к сохранению и развитию традиций, в первую очередь, и внедрению инноваций в практике провинциальных учреждений культуры наглядно свидетельствуют об их значительном потенциале как фактора формирования социокультурной среды региона.


 < 1 2 3 4 5 6 7[8] 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 >  последняя страница